Поиск преимуществ онлайн саморегулирования на основе Принципов ответственности посредников

09.01.2018

В условиях стремительного развития Интернета, нарастающей интеграции его технологий в традиционных отраслях экономики, способствующие генерации новых и конвергентных взаимоотношений, а также динамичный рост числа пользователей и беспрецедентных возможностей создания и распространения контента, неизбежно возникает вопрос о правовом регулировании Интернета, точнее взаимоотношений в этой среде. Однако, учитывая отсутствие единого определения понятия «Интернет», а также сложности специфики самой природы Интернета, создаётся ряд вызовов для нахождения гармоничного подхода в регулировании Интернета на глобальном и национальном уровнях.

Ряд вызовов на национальном уровне исходит, в первую очередь, от децентрализованности инфраструктуры Интернета, где каждый пользователь или субъект правоотношений получает возможность взаимодействовать в интерактивной, мультимедийной и саморегулирующей среде. Наряду с правилами и процедурами, рекомендованными RFC, как и в основе любых правоотношений, в основе саморегулирования интернет-отношений лежат нормы морали и этики, также известные как нетикэт или «сетевой этикет».

Доступность Интернета в стране растет, о чем свидетельствуют следующие данные:

  • рост пропускной способности международного Интернет канала страны от 5 до 30 Gbps за последние 4 года (согласно данным Central Asia Regional Connectivity Pre-Feasibility Assessment, Terabit Consulting);
  • рост охвата широкополосной мобильной сети (3G, 4G) и, соответственно, распространения смартфонов, как устройства доступа среди более 2 млн пользователей.

Саморегулирование в условиях растущего охвата доступа в сети становится важным фактором успеха в государственном регулировании правоотношений в Интернете и применения возможностей ИКТ в решении местных задач с активным участием пользователей сети в целом и граждан страны, в частности. К примеру, двумя из семи равнозначных целей программы цифровой трансформации страны «Таза Коом» (см. Концепцию Программы цифровой трансформации Кыргызской Республики «Таза Коом»), являются:

  • Содействие, чтобы каждый кыргызстанец стал цифровым гражданином, обладающим необходимыми знаниями и возможностями (вовлеченность граждан в управление страной через цифровые технологии);
  • Превращение Кыргызстана в безопасное место для жизни и работы on-line (безопасность технологий, данных и сетей).

Именно цифровой гражданин может выступить надежным партнером государства в устойчивом развитии информационного общества.

С другой стороны, практика саморегулирования онлайн, повышая уровень просвещенности пользователей сети, также обеспечивает благоприятную среду для реализации международных и национальных правовых норм и обязательств не только для реализации прав человека по доступу к информации и выражения своего мнения «независимо от государственных границ» и форм выражения по своему выбору, но и для повышения ответственности для осознанного выполнения особых обязанностей и особой ответственности (статья 19, МПГПП – Международный пакт о гражданских и политических правах, для реализации которого КР присоединилась в 1994 году). Важность такого баланса критериев соразмерности и необходимости, также подчеркивается рядом национальных НПА, в частности документами, направленными на противоборство с экстремизмом и нацеленными на «повышение уровня безопасности личности, общества и государства, обеспечение благоприятной среды, способствующей сокращению рисков радикализации граждан» (Программа Правительства Кыргызской Республики по противодействию экстремизму и терроризму на 2017-2022 годы. Утверждена Постановлением Правительства КР от 21 июня 2017 года, №394).

Тем не менее, критерии пропорциональности (соразмерности) и необходимости не всегда соблюдаются на уровне реализации НПА и полиси решений, когда вопросы обеспечения безопасности доминируют над правами и интересами личности, общества и даже государства. Подобная практика негативно влияет и на вопросы правового регулирования взаимоотношений Интернет, заменяя их на технические вопросы регулирования инфраструктуры сети.

Применяемый многими странами подход к регулированию Интернета может приостановить, а в некоторых случаях даже заморозить общественно-экономическое развитие общества через ИКТ, а также нарушить права и свободы пользователей и способствовать росту цифрового неравенства. К примеру, привлекая к ответственности Интернет провайдера или другого контентодержателя, регулятор не только не добьется своей цели, т. е. обеспечения «безопасности личности, общества и государства», а наоборот ослабит национальный контент, не говоря уже о конкурентоспобности отечественных игроков рынка ИКТ. С другой стороны, блокирование целого интернет ресурса вместо удаления конкретного материала (страницы ресурса) временно затрудняет доступ пользователей на территории страны, оставляя его открытым для доступа за пределами страны, к тому же повышая интерес к такому ресурсу. Только технический подход в реализации судебных решений не всегда является самым эффективным. Примером может послужить блокировка интернет-ресурса www.archive.org  (см. http://web.archive.org/web/20131203213233/ – этот ресурс заблокирован Решением Октябрьского районного суда г. Бишкек Дело №ГД-962/17 Б2 от 27.01.2017 г. Информация доступна на сайте http://megaline.kg/klientam/zablokirovannyie-resursyi/), когда ради одного небольшого материала, расположенного на этой платформе, ограничивается доступ ко всему ресурсу, полезному многим пользователям, уполномоченным органам, исследователям идругим сторонам. Или другим примером, явно показывающим контрпродуктивность технического подхода для блокировки незаконного контента, является ограничение доступа к ряду блогов (незаконных), хостирующихся на платформе www.wordpress.com, которое закрывает доступ ко всему ресурсу.

Также имеется необходимость в установлении базовых принципов государственной роли в онлайн – среде. Среди них должны иметь первоочередное место принцип свободы слова, самовыражения и доступа к информации, а также принцип сетевой нейтральности и, так называемый, принцип «самого острого лезвия», который означает «…любое техническое решение, принятое министерством или иным органом власти для блокировки того или иного ресурса, должно быть максимально точным».

Таким образом, для повышения эффективности регулирования необходимо предпринять комплексный подход, элементами которого являются:

  • правоотношения, как субъект регулирования;
  • техническое решение вопроса совместно с владельцем и провайдером контента;
  • непосредственное участие всех заинтересованных сторон в обеспечении баланса критериев соразмерности и необходимости;
  • саморегулирование онлайн правоотношений.

Другим аргументом в пользу многостороннего подхода в регулировании правоотношений является природа и роль самого Интернета в жизни общества и государства. Во-первых, Интернет – это публичная среда. Во-вторых, Интернет не только среда для доступа и генерации информации, но и интеграции во все традиционные отрасли общества, которая способствует генерированию новых отраслей, конвертируя их в глобальную киберфизическую систему, открытую для создания и расширения экономической ниши страны.

Саморегулирование как способ укрепления правоотношений в сети с учетом сохранения баланса интересов личности, общества и государства

Саморегулирование отрасли широко практикуется в мире и приобретает центральную роль при коллективном подходе к сетевой безопасности общества, в частности детей. Оно может принимать различные формы, включая этические кодексы, «горячие линии», фильтры и системы классификации.

Государству по-прежнему отводится значительное место при любых попытках саморегулирования. Согласно рекомендациям проведенного в ЕС обследования Kids Online, если при обеспечении сетевой безопасности делать ставку на саморегулирование, то государство должно обеспечивать мощный контроль для того, чтобы регулирование было «всеобщим, эффективным и ответственным». Кроме того, государство, не ограничиваясь лишь направлением саморегулирования отрасли, должно содействовать сетевой безопасности путем просвещения, поощрения, финансирования и стимулирования социальных служб по работе с детьми и молодежью.

Саморегулирование, как позиция, имеет в себе ряд плюсов не только для пользователей, но и для контентодержателей. В первую очередь возможность самоопределения контента для владельцев сайтов. В условиях саморегулирования владелец сайта должен указывать в основных параметрах предлагаемых программ, на какую аудиторию они рассчитаны, чтобы предупредить определенную категорию пользователей об опасности того или иного вида содержания. Такое саморегулирование предъявляет определенные требования к тем, кто занимается содержанием Интернета.

Манильские принципы посредников являются одним из многосторонних подходов для укрепления практики саморегулирования. Этот механизм основан на том, что любое правоотношение, к примеру обмен данными, в Интернете производится путем взаимодействия пользователя, интернет-провайдера и контентодержателя. Изначально главным принципом выстраивания интернет- отношений было обеспечение баланса между свободой слова пользователей и обеспечением безопасности.

Манильские принципы являются столпами рекомендаций, разработанными институтами гражданского сообщества, на основе международных инструментов обеспечения прав человека и других международных стандартах. Соблюдение этих норм создаст благоприятную среду для инноваций, в которой сбалансированы интересы государства и других заинтересованных сторон, включая провайдеров услуг и контента, а также пользователей, как потенциальных производителей контента. Сами принципы и их нормы представлены в разработанной авторами матрице (смотри Таблица 1).

I. Посредники должны быть освобождены от ответственности за информацию третьих лиц

Он основывается на понимании того, что все правила, регулирующие ответственность посредников (интернет -провайдер или контент провайдер), «должны быть установлены чёткими, ясными и доступными законами» и что посредник не может нести ответственность за информацию или контент какого-либо сайта, если он не участвовал в создании и/или редактировании этой информации. Также, посредник «не должен нести ответственность за неприятие мер по ограничению законной информации» (Принцип I пункт (с)). Примером ограничения законной информации может выступить ограничение доступа по праву на забвение. Нормы принципа также защищают посредника в качестве хостинга контента, в частности, «посредник не должен нести прямую ответственность за хостинг незаконной информации третьих лиц» (Принцип I пункт (d)). Учитывая широкие технические возможности хостинг- провайдера по регулированию хостирующего контента, в этом же пункте определяется, что «правила ответственности посредника не должны требовать от него проводить профилактические проверки информации третьих лиц» (I.d). Таким образом, эту норму можно воспринимать как ограничения полномочий хостинг провайдера или как гарантию защищенности хостирующего контента от вмешательств посредника и/или регулятора. Информация третьих лиц в данном случае – это вся информация, размещаемая пользователями в социальных сетях и на различных сайтах, включая сайты, хостируемые посредником.

Важным критерием соблюдения этого принципа является наличие правил регулирования ответственности посредника, которые «должны быть установлены чёткими, ясными и доступными законами» (Принцип I пункт (a)).

Принципы также налагают определенные обязательства на посредника и правительства, которые раскрыты в обсуждении Принципа V. В матрице они представлены как обязанности сторон.

Актуальность данного принципа заключается в том, что зачастую со стороны государства оказывается давление на интернет-провайдеров, а в некоторых случаях осуществляется привлечение последних к ответственности за контент какого-либо сайта (зачастую данная проблема возникает из-за публикаций в Интернет-изданиях СМИ порнографического и/или иного незаконного контента). Однако, как известно, интернет провайдер является поставщиком интернет связи для пользователя, но никак не держателем всего контента Интернета, и не может повлиять на содержание контента, даже имея технические возможности, так как он ограничен правовыми нормами.

II. Нельзя требовать ограничения доступа к информации без решения судебного органа

Ограничение права на доступ к информации является одним из самых щепетильных моментов в вынесении судебного решения по ограничению доступа. Так как правосудие, согласно Конституции КР, осуществляется только судом, а вынесение судебного решения находится только в компетенции суда, следовательно, нельзя требовать исполнения решения в отсутствии определяющей нормы.

Ограничение доступа к информации в некотором ее смысле является нарушением базового принципа человеческого права на доступ к информации. Однако ограничение доступа осуществляется в случае признания судом контента незаконным (экстремистского/террористического и/или иного деструктивного содержания), содержащим в себе опасность для пользователя и общества. Такое ограничение должно происходить только по решению суда (в Кыргызской Республики производство по такому вопросу осуществляется согласно главы 25-2 Гражданско- процессуального кодекса КР).

Принцип II (пункт (b)) определяет следующие 4 критерия такого решения, а именно:

  • Признавать информацию незаконной в данной юрисдикции.
  • Включать описание незаконной информации, а также идентифицирующие данные, по которым эту информацию можно найти в интернете.
  • Содержать доказательства, достаточные для правового обоснования такого решения (если применимо)
  • Определять временной период, на который информация должна быть ограничена.

Пункт (d) этого же принципа определяет важность соответствия решения установленному формату, освобождая посредника от ответственности «за неисполнение решения, которое не соответствует критериям», представленном в пункте (b). Пункт (a) определяет обязательства исполнителя (правительство) не требовать от посредника ограничения контента «без решения независимого и беспристрастного судебного органа, признавшего эту информацию незаконной». Забегая вперед, важно подчеркнуть, что другие принципы также вносят свой вклад в предмет правоотношений этого принципа, налагая определенные обязательства на посредника, правительство и судебный орган (смотрите Таблица 1, компонент

«Ограничения доступа к информации»). К примеру, Принцип IV налагает определенные обязательства на судебный орган, такие как минимальное использование «технических мер», определения «временных рамок» действия решения и регулярное рассмотрения решений по ограничению (Принцип IV, (b)).

Однако привлечение к ответственности поставщика услуг (интернет – провайдера) является законным лишь в случае заведомого неисполнения решения суда по ограничению доступа, а также при умышленном распространении контента, признанного судом экстремистским, равно как и влиянии на содержание или иных противоправных действиях.

III.    Запрос на ограничение доступа к информации должен быть четким, недвусмысленным и осуществлен в надлежащем законом порядке

Заявление на ограничение доступа должно составляться по должной процедуре и соответствовать таким критериям, как четкость и недвусмысленность. Далее, нормы принципа раскрывают детали этих критериев (смотри Таблица 1,

«Запрос на ограничение доступа к информации»). К примеру, запрос должен содержать в себе основания для ограничения доступа к указанной информации, доказательства принадлежности ее к противоправной, а также ее описание и адрес или иные указатели для нахождения ее в Интернет-пространстве (URL или иные указатели) (Принцип III. (b), (c)).

Запрос на ограничение доступа, направленный к посреднику (Интернет- провайдеру), должен содержать в себе копию судебного решения, в котором должны быть четко прописаны основания для ограничения доступа, необходимые нормы, согласно которым выносилось данное судебное решение, а также указатели данной информации, включая возможности для обжалования или встречного иска. Копия данного судебного решения должна быть направлена контентодержателю для разъяснения причин. Для повышения прозрачности деятельности сторон, вовлеченных в процесс ограничения контента, для правительства документ определяет «публикацию отчетов о прозрачности с конкретными данными обо всех постановлениях и запросах, отправленных посредникам» (Принцип VI. (d)), а для судебного органа – недвусмысленность запроса (Принцип IV.(a)) и отказ от принуждения посредника идентифицировать пользователя» (Принцип III.(d)).

Анализ отечественной практики по ограничению доступа к информации в рамках Принципа III показывает следующее:

  • в информации, находящейся в ведении контентодержателей, нет оснований для ограничения доступа к конкретному контенту;
  • большинство судебных решений находятся в закрытом доступе;
  • решения о традиционных носителях информации, признанных запрещенными на территории Кыргызской Республики доступны в сети Интернет (см. Реестр ограниченных оффлайн материалов находится на сайте Министерства Юстиции Кыргызской Республики – http://minjust.gov.kg/ru/content/468). Однако, подобный реестр онлайн ресурсов отсутствует на сайтах уполномоченных органов.

IV.   Законы и правила по ограничению доступа, практика их применения должны соответствовать критериям необходимости и пропорциональности.

Необходимость и пропорциональность – базовые критерии для законодательства демократического общества. Эти критерии являются важными факторами для успешного применения возможностей Интернета, как для укрепления демократических принципов в стране, так и для повышения конкурентоспособности отечественной экономики на глобальном уровне. Каждый посредник, отечественный или иностранный, может способствовать доступности не только продуктов (информационных, программных, виртуальных), но и услуг как для импорта в страну, так и для экспорта из неё. Следование этим критериям сокращает количество необоснованных контрпродуктивных решений, направленных на защиту ведомственных интересов в ущерб национальным. К примеру, ограничение доступа к глобальному архиву веба (Судебное решение об ограничении доступа не опубликовано на официальном сайте, однако внесено в реестр материалов, которые ограничены в доступе на территории Кыргызской Республики в сети Интернет).

Как было уже отмечено выше, этот случай является прецедентом нарушения критериев необходимости и пропорциональности, когда из- за нескольких ресурсов блокируется целый онлайн ресурс archive.org. Такой подход не только отключает доступ целой страны к полезным данным этого ресурса, но и отключает на время архивацию отечественного контента или разрушает онлайн след страны в этой важной для настоящего и будущего поколений исторической онлайн общественной памяти. Подобная негативная практика уже принята по отношению к другому ресурсу wordpress.com, где хостируются много полезных блогов. Принципы подчеркивают, что «любая ответственность посредника должна быть прямо связана с его противоправными действиями по невыполнению решения об ограничении информации и пропорциональна этим действиям (II.c)» и что «запрос на ограничение должен касаться определённой информации (IV.a)».

К этим критериям (Принцип IV) добавляются такие критерии, как должные процедуры (Принцип V), прозрачность и подотчётность (Принцип VI), право на обжалование решения (Принцип V). Снова же, для каждой информации должен существовать определенный запрос, а для ограничения информации должны быть использованы минимальные ограничительные технические меры (Принцип IV.(b)). Если контент ограничен в определенном государстве, а поставщик связи осуществляет свою деятельность не только в этом государстве, но и в целом регионе, то ограничить доступ к требуемому контенту поставщик связи обязан только в государстве, где данная мера истребована судом (Принцип IV.(c)). Ограничение доступа к информации должно быть ограничено во времени, что также требует регулярного пересмотра решений и их актуальности (Принцип IV.d) Если незаконный контент находится на определенной странице, значит доступ должен быть ограничен только к данной странице, но никак не ко всему сайту.

Важным критерием для обеспечения активного участия посредников в саморегулировании правоотношений онлайн является наличие прозрачных и справедливых правил игры, или правил по ограничению информации, которые должны быть опубликованы в интернете «в доступном формате и … простым языком», открытые для обновлений, по мере необходимости с обязательным оповещением пользователей о них (Принцип VI.(c)).

V.    Законы и правила по ограничению доступа, а также практика их применения должны соответствовать процедуре

Нормы этого принципа призывают участников правоотношений онлайн руководствоваться теми же вышеуказанными критериями для обеспечения правоприменительной практики, согласно процессуальному законодательству. Те же известные правила посредника по ограничению информации должны быть разработаны и применены с фокусом на «уважение прав человека», для обеспечения которого призывается правительство, которое должно осуществлять надзор «над тем, чтобы правила посредников по ограничению доступа к информации обеспечивали соблюдение прав человека.» (Принцип V.(f)).

Как посредник, так и третье лицо, например, контентодержатель, вправе обжаловать решение об ограничении доступа в установленные законом сроки (Принцип V.(b)), и в случае, если суд второй инстанции удовлетворяет жалобу истца, а также постановляет отменить решение суда первой инстанции, то ограничение доступа должно быть прекращено, а ресурс должен быть исключен из реестра информации, признанной запрещенной на территории Кыргызской Республики.

Согласно данному принципу, поставщик связи не имеет права раскрывать данные, идентифицирующие пользователя без решения судебного органа (Принцип V. (е)). Такое требование должно быть включено в правилах ограничения доступа к информации посредника. Документ также предусматривает механизм обеспечения возможности «независимой оценки стоимости, обоснованной пользы» правил и практики на права человека (Принцип VI.(g)).

В Кыргызской Республике опыта по применению этого принципа отсутствует, так как в судебной практике еще не было случаев обжалования посредником или третьим лицом в вышестоящей инстанции решения местного суда.

VI.   Прозрачность и подотчетность обязаны быть частью законов, практик по ограничению доступа к информации

Заключительный принцип документа исходит от основополагающих критериев о прозрачности и подотчётности уважения прав человека, правоотношений в целом и судебной системы, в частности. Это означает, что все законодательство в области ограничения информации в сети Интернет должно находится в открытом доступе, равно как и решения суда по ограничения доступа к информации в сети (Принцип (VI.a)), а также правила посредника по ограничению доступа (Принцип VI.(c)). Правительства «не должны использовать внесудебные меры для ограничения доступа к информации» (VI.b). Не должно быть внесудебных блокировок со стороны государства, а также давления со стороны последнего на поставщиков связи и принуждения вторых к ограничению доступа к какому-либо ресурсу в сети Интернет без решения суда. Поставщики связи в свою очередь должны получать достоверную информацию со стороны государства о принятых судебных решениях и мерах обеспечения иска (если таковые имеются), а также иметь четкое уведомление для пользователей с разъяснением причин об ограничении доступа к информации в сети Интернет (Принцип VI.(e)).

Со стороны государства ежегодно должна быть предоставлена информация о происходящих изменениях в законодательстве отрасли, а также обо всех принятых судебных решениях, постановлениях и определениях, при этом также приветствуется статистика на официальном сайте уполномоченного государственного органа. Нормы принципа также призывают правительства, посредников и гражданское общество «объединить силы для разработки и поддержки независимых, прозрачных и беспристрастных механизмов контроля над правилами и практиками ограничения информации.» (Принцип VI.(f)).

Документ предусматривает и «регулярный системный аудит правил и рекомендаций», как механизм контроля над правилами и практиками ограничения информации (Принцип VI). Он нацелен на обеспечение актуальности, эффективности, простоты применения этих ограничений с учетом их влияния на права человека (Принцип VI.(g)). Критериями механизма определяются независимость, прозрачность и беспристрастность, наличие которых может гарантировать мультистейкхолдерное объединение усилий правительства, посредников и гражданского общества (Принцип VI.(f)).

Для обеспечения функциональности механизма «ответственность посредников и законодательство должны предусматривать регулярный системный аудит правил и рекомендаций…. Аудит также должен предоставлять возможность независимой оценки стоимости, обоснованной пользы и влияния этих правил и рекомендаций на права человека» (Принцип VI.(g)).

На наш взгляд, в вопросах продвижения саморегулирования на основе рассмотренных принципов Кыргызская Республика имеет ряд преимуществ:

  • Законодательство в области ограничения доступа к информации уже представлено в полной мере главой 25-2 Гражданско-процессуального Кодекса Кыргызской Республики;
  • Формируется практика ограничения доступа к незаконной информации;
  • Налаживается партнерство с национальными и транснациональными посредниками (контентодержателями) для ограничения, и даже удаления противоправного контента.

Тем не менее, необходимо официальное признание следующих факторов успеха в вопросах регулирования Интернета:

  • регулирование правоотношений, а не техническое ограничение сети с учетом критериев необходимости и пропорциональности, прозрачности и подотчётности с целью укрепления прав человека и приоритетности национальных интересов над ведомственными;
  • формирование многостороннего механизма контроля над правилами и практиками ограничения информации;
  • наличие креативного и правового потенциала для трансформации страны из окраины Интернета в самое его ядро.

В партнерстве сторон, в рамках проекта iLab, подготовлены проект Инструкции о ведении реестра материалов, запрещенных судом на территории Кыргызской Республики в сети Интернет, а также проект Положение о взаимодействии государственных органов с поставщиками связи для ограничения доступа к запрещенной информации. Разработанные с учетом выше приведенных принципов, оба документа были представлены отечественному Интернет сообществу и ожидается их обсуждение в рамках встреч с уполномоченными органами, регулирующими вопросы ограничения доступа к противоправной информации.

Еще одним преимуществом отечественного регулирования правоотношений в сети может стать понимание преимуществ концепции «удаления (take-down) противоправного контента» по отношению традиционной концепции «блокировки», доработки и принятия соответствующих НПА с интеграцией в новую концепцию. Такой подход призван обеспечить регулирование правоотношений в сети, в котором партнерами выступают бизнес сообщества, гражданское общество и транснациональные провайдеры услуг.

 

Материал подготовлен Digital Report 

Читать далее:

Обзор законодательства Кыргызской Республики в сфере информационной безопасности

10.01.2017

Принимая во внимание активное развитие информационно-коммуникационных технологий и растущее использование сети Интернет, с особой остротой встает вопрос необходимости обеспечения безопасности в

Read more

Обзор законодательства Кыргызской Республики в сфере телекоммуникаций

10.01.2017

Общественный Фонд "Гражданская Инициатива Интернет Политики" подготовил обзор законодательства Республики Кыргызстан в сфере телекоммуникаций.

Отношения в области электрической и почтовой связи

Read more

Обзор рынка телекоммуникаций в Кыргызстане на конец 2015 года, — исследование ГИИП

05.10.2016

Количество абонентов сотовой связи в Кыргызстане по итогам 2015 года уменьшилось на 560 тыс., а выручка увеличилась на 1,7% и составила 18 869 млн сом. Рост выручки проводной связи вырос на 15% и

Read more